Кто в Казахстане пытается влиять на сознание масс? Оппозиционеры-тяжеловесы, молодые гражданские активисты, лидеры общественного мнения, СМИ. Вера многих из них в собственную правду подкреплена или жаждой славы, или финансовыми обязательствами.

Особенность казахстанской оппозиции заключается в том, что путь в нее, как правило, начинается с двух отправных точек. Это либо попытка прикрыть свои криминальные дела, либо «повышение» по службе у грантодателя.

Так называемые ЛОМы стали уже именем нарицательным. Беззастенчиво скармливая публике проплаченную информацию, они даже не заметили, как превратились в образчик самой пошлой ангажированности.

Самые интересные факты — здесь, в полной энциклопедии главных активистов Казахстана.

Абдыгали Али

Общая информация

Общая информация

Гражданин Казахстана, проживающий в Японии.

Блогер. Националист.

Чем дальше, тем родина роднее

Чем дальше, тем родина роднее

Ориентировочно Абдыгали Али покинул Казахстан в 2005 году. О причинах отъезда он рассказывал не только в социальных сетях, но и на страницах СМИ. Известно, что Али женился на японке, из-за которой и переехал в Страну Восходящего Солнца.
«С будущей женой мы вместе учились в Ляонинском университете Шеньяна. Однажды, когда она зашла в аудиторию, единственное свободное место оказалось возле меня. Не скажу, что влюбился с первого взгляда, но все-таки выпросил у нее номер телефона. Сегодня она и сама не может объяснить, почему это сделала: в Японии не принято раздавать телефоны едва знакомым людям.

Наши встречи с Айко продолжались недолго. Очень скоро из-за финансовых проблем я вынужден был оставить учебу в университете. Первое время подрабатывал переводчиком. Потом меня пригласили в Астану снабженцем по Китаю. Когда я сказал, что нам нужно расстаться, у моей девушки был шок. "Давай хотя бы держать связь друг с другом", - предложила она. Я согласился, но был уверен, что общаться на расстоянии невозможно. Но однажды она, не ставя меня в известность, приехала в Алматы. Позвонила из аэропорта: встречай!», — рассказывал Али журналистам.
«С будущей женой мы вместе учились в Ляонинском университете Шеньяна. Однажды, когда она зашла в аудиторию, единственное свободное место оказалось возле меня. Не скажу, что влюбился с первого взгляда, но все-таки выпросил у нее номер телефона. Сегодня она и сама не может объяснить, почему это сделала: в Японии не принято раздавать телефоны едва знакомым людям.

Наши встречи с Айко продолжались недолго. Очень скоро из-за финансовых проблем я вынужден был оставить учебу в университете. Первое время подрабатывал переводчиком. Потом меня пригласили в Астану снабженцем по Китаю. Когда я сказал, что нам нужно расстаться, у моей девушки был шок. "Давай хотя бы держать связь друг с другом", - предложила она. Я согласился, но был уверен, что общаться на расстоянии невозможно. Но однажды она, не ставя меня в известность, приехала в Алматы. Позвонила из аэропорта: встречай!», — рассказывал Али журналистам.
Через три года после первой встречи Абдугали Али и его девушка сыграли свадьбу и переехали в Японию. У пары родились сын и дочь.
Али устроился в крупную автомобильную компанию, где проработал больше семи лет. Затем познакомился с бизнесменами-казахами, которые предложили заняться совместным бизнесом — открыть перепелиную ферму на родине.
«Хотя я и не имел к сельскому хозяйству никакого отношения, но решил рискнуть. Первым делом нужно было обу­читься основам этого бизнеса. Но в Японии кого попало на свои предприятия владельцы не пускают. У каждого есть свои секреты и ноу-хау. Я за хозяином самой крупной перепелиной фермы в Японии бегал полгода. Упрашивал поработать у него бесплатно чуть ли не на коленях – и уговорил-таки.

Было очень сложно. До этого я сидел в офисе в белой рубашке и галстуке, а тут надо убирать помет, таскать корм, условия жизни спартанские – обитать приходилось в крохотной каптерке при ферме. Овладев технологиями, приехал в Казахстан.

Говорят, у нас трудно поднять бизнес. Но ведь я с партнерами, такими же молодыми парнями, как сам, открыл перепелиную ферму в Каскелене, не рассчитывая на чью-то помощь. Просто нам всем надо менять мышление. Если будем думать, что все решается только благодаря связям и деньгам, так и останемся в средневековье. Да и нам тоже первое время было сложно, но сейчас мы вышли на плюс: закрываем примерно 30-40% потребностей крупных алматинских супермаркетов в перепелиных яйцах и тушках», — вспоминал Али.
«Хотя я и не имел к сельскому хозяйству никакого отношения, но решил рискнуть. Первым делом нужно было обу­читься основам этого бизнеса. Но в Японии кого попало на свои предприятия владельцы не пускают. У каждого есть свои секреты и ноу-хау. Я за хозяином самой крупной перепелиной фермы в Японии бегал полгода. Упрашивал поработать у него бесплатно чуть ли не на коленях – и уговорил-таки.

Было очень сложно. До этого я сидел в офисе в белой рубашке и галстуке, а тут надо убирать помет, таскать корм, условия жизни спартанские – обитать приходилось в крохотной каптерке при ферме. Овладев технологиями, приехал в Казахстан.

Говорят, у нас трудно поднять бизнес. Но ведь я с партнерами, такими же молодыми парнями, как сам, открыл перепелиную ферму в Каскелене, не рассчитывая на чью-то помощь. Просто нам всем надо менять мышление. Если будем думать, что все решается только благодаря связям и деньгам, так и останемся в средневековье. Да и нам тоже первое время было сложно, но сейчас мы вышли на плюс: закрываем примерно 30-40% потребностей крупных алматинских супермаркетов в перепелиных яйцах и тушках», — вспоминал Али.
В 2017 году он завил, что очень скоро переедет вместе с семьей в Казахстан. И даже убеждал скептиков, что жена его не будет иметь ничего против этого: в Японии решение главы семейства не обсуждается. Другое дело, что глава семейства, похоже, вовсе не наш бывший соотечественник. Во всяком случае, публикуя свои провокационные посты он часто прикрывается именно именем жены.
«Вы все знаете что байбише у меня жапонского происхождения, и ей по сути до лампочек до наших внутренних тёрок, это дисклеймер, ну вдруг кто-то заподозрит ее в проплаченности.

Так вот, это для нас русские братья, и II Wolrd war свящённая отечественная война, а для жапонцев мы колония России, а те кто воевал в этой войне для них как солдаты колонии воевавшие за метрополию, ну наглядный пример, индусы, африканцы, непальцы воевавшие за Великобританию.

И сколько бы я с ней не спорил, как бы я ей не доказывал обратное, она как и все жапонцы стоят на своём, мы казахи колония России, воевавшие за метрополию», — написал Али 30 марта 2021 года.
«Вы все знаете что байбише у меня жапонского происхождения, и ей по сути до лампочек до наших внутренних тёрок, это дисклеймер, ну вдруг кто-то заподозрит ее в проплаченности.

Так вот, это для нас русские братья, и II Wolrd war свящённая отечественная война, а для жапонцев мы колония России, а те кто воевал в этой войне для них как солдаты колонии воевавшие за метрополию, ну наглядный пример, индусы, африканцы, непальцы воевавшие за Великобританию.

И сколько бы я с ней не спорил, как бы я ей не доказывал обратное, она как и все жапонцы стоят на своём, мы казахи колония России, воевавшие за метрополию», — написал Али 30 марта 2021 года.
Под постом казахского японца разгорелись нешуточные баталии. При этом автор публикации умело манипулировал и уводил нить беседы в нужную ему сторону. Более того, позволял себе издевательский и уничижительный тон в отношении оппонентов.

Тема — в яблочко

Тема — в яблочко

Впрочем, нескрываемое презрение сквозит во всех постах Абдугали Али, посвященных русскоязычным казахстанцам:
«Для меня русскоязычные как подопытные мыши, мне интересно их изучать, я ставлю на них всякие логические эксперименты, делаю тесты на адекватность, провожу линии между рациональности и сказочности. (эти эксперименты я провожу мысленно, не нарушая закона, так как ни один русскоязычный не пострадал). Для меня они самые сказочные д...бы».
«Для меня русскоязычные как подопытные мыши, мне интересно их изучать, я ставлю на них всякие логические эксперименты, делаю тесты на адекватность, провожу линии между рациональности и сказочности. (эти эксперименты я провожу мысленно, не нарушая закона, так как ни один русскоязычный не пострадал). Для меня они самые сказочные д...бы».
Особенно негативные посты Али посвящены русскоязычным казахам. И хотя прямых оскорблений он не пишет, но демонстрирует всю степень своего презрения к ним. И вменяет он им в вину не только плохое владение государственным языком, но и почитание праздника 9 Мая, и обучение в России. Называя таких казахстанцев «манкуртами», Абдугали Али сожалеет, что они «порождают еще больше манкуртов».

Между тем, начиная свой путь блогера Али делился рассказами о жизни в Японии, об обычаях этой страны и устройстве быта японцев. Со временем эта тема перестала приносить ему новых подписчиков, и тогда примак японской жены перешел на благодатную почву — национализм.

Смена амплуа кого-то удивила, кого-то возмутила. Одни отписывались от новоявленного националиста, другие пытались понять причины «переобувания». Кто-то прямо указывал: в Али говорит обида. И связана она даже не с русскоязычными, а с его положением в Японии, где он считается человеком второго сорта. Свои взращенные комплексы, по мнению некоторых, Али проецировал на бывших соотечественников.

В любом случае, большинство комментирующих его первые националистические посты склонялось к тому, что ратовать за государственный язык, обсуждать роль России в истории Казахстана и оскорблять казахстанцев, сидя в Японии, по меньшей мере, странно.

А оскорбления со стороны Али порой носят прямой характер: с применением чистого русского мата и обзывательствами. При этом он перенял от своего старшего брата по разуму Маргулана Боранбая слово «ватник», но не использует слово «сепаратист». Возможно, по причине незнания его значения. Вообще же Абдугали Али заметно проигрывает Боранбаю в интеллектуальном плане и поражает своей примитивностью:
«- Получается наши русскоговорящие мечтают чтобы их завоевала историческая Родина ?
- не все конечно, но особо ватные.
- А как определить их ?
- очень просто, это владение государственным языком!», — писал он в одном из постов.
«- Получается наши русскоговорящие мечтают чтобы их завоевала историческая Родина ?
- не все конечно, но особо ватные.
- А как определить их ?
- очень просто, это владение государственным языком!», — писал он в одном из постов.
Впрочем, иногда у Абдыгали Али вообще все смешивается в его националистической голове, и тогда рождаются публикации, смысл которых, пожалуй, не понятен даже ему:
«Ещё один способ распознать ватника от адеквата. Если он будет утверждать брызгая слюнками что только жапонцы самые самые самые кровопийцы, сыпать пепел на голову как будто жапонские солдаты их родственников мучали, то поздравляю вас перед вами конченный ватник )))».
«Ещё один способ распознать ватника от адеквата. Если он будет утверждать брызгая слюнками что только жапонцы самые самые самые кровопийцы, сыпать пепел на голову как будто жапонские солдаты их родственников мучали, то поздравляю вас перед вами конченный ватник )))».
Разумеется, как и многие казахстанские националисты, Али исправно доказывает публике, что он — национал-патриот, а не националист, и что всего помыслы чисты и невинны.

Но вот какой парадокс: Абдыгали Али честно пишет: его дети – не казахи, а японцы, и родной язык для них – японский, язык матери. Выходит, один из сетевых националистов живет по двойным стандартам?
Абдыгали Али