Кто в Казахстане пытается влиять на сознание масс? Оппозиционеры-тяжеловесы, молодые гражданские активисты, лидеры общественного мнения, СМИ. Вера многих из них в собственную правду подкреплена или жаждой славы, или финансовыми обязательствами.

Особенность казахстанской оппозиции заключается в том, что путь в нее, как правило, начинается с двух отправных точек. Это либо попытка прикрыть свои криминальные дела, либо «повышение» по службе у грантодателя.

Так называемые ЛОМы стали уже именем нарицательным. Беззастенчиво скармливая публике проплаченную информацию, они даже не заметили, как превратились в образчик самой пошлой ангажированности.

Самые интересные факты — здесь, в полной энциклопедии главных активистов Казахстана.

Макс Бокаев

Общая информация

Общая информация

Родился в 1973 году. Женат не был, детей нет.

Председатель общественного фонда «Арлан» (Атырау). Кандидат в депутаты атырауского городского маслихата (2016 год).

О начале своей правозащитной деятельности Бокаев в одном из интервью вспоминал так:
«В 2003 году я был вполне миролюбиво настроен, хотел стать адвокатом, я юрист по образованию, но когда пообщался с адвокатами, они мне сказали, что "проводником" денег я не смогу быть, а сейчас адвокат – это больше "разводящий". В 90-е я занимался бизнесом, потом мне это надоело. На территории СНГ не появилось джобсов или фордов, которые своим умом заработали, у нас купи-продай практически везде.

Я стал работать в "молодежке": здоровый образ жизни, борьба с наркотиками, но через полгода мне поступило неприличное предложение стать информатором, и я разозлился. Характер такой, упрямство мое сыграло злую шутку. Попал в среду неправительственных организаций, потом в среду фрондирующих оппозиционеров, дальше – больше, и поехало… Я уже привык. Поначалу было тяжело, угрожали и гоняли. От многого приходится отказываться, но время показывает, что я все делаю правильно».
«В 2003 году я был вполне миролюбиво настроен, хотел стать адвокатом, я юрист по образованию, но когда пообщался с адвокатами, они мне сказали, что "проводником" денег я не смогу быть, а сейчас адвокат – это больше "разводящий". В 90-е я занимался бизнесом, потом мне это надоело. На территории СНГ не появилось джобсов или фордов, которые своим умом заработали, у нас купи-продай практически везде.

Я стал работать в "молодежке": здоровый образ жизни, борьба с наркотиками, но через полгода мне поступило неприличное предложение стать информатором, и я разозлился. Характер такой, упрямство мое сыграло злую шутку. Попал в среду неправительственных организаций, потом в среду фрондирующих оппозиционеров, дальше – больше, и поехало… Я уже привык. Поначалу было тяжело, угрожали и гоняли. От многого приходится отказываться, но время показывает, что я все делаю правильно».

Бокаев. Начало

Бокаев. Начало

В июне 2010 года появилось сообщение АО «Разведка Добыча «КазМунайГаз» (РД КМГ), в котором говорилось: Макс Бокаев не уполномочен говорить от имени трудового коллектива.
«1 июня информационное агентство Kazakhstan Today опубликовало сообщение со ссылкой на некоего Макса Бокаева, заявившего, что якобы нефтедобывающие подразделения производственного филиала "Эмбамунайгаз" АО "Разведка Добыча "КазМунайГаз" (РД КМГ) намерены объявить забастовку в случае внедрения новой системы оплаты труда. В связи с этим считаем необходимым сообщить вам следующее.

Во-первых, М. Бокаев не уполномочен говорить от имени трудового коллектива производственного филиала "Эмбамунайгаз" (ПФ "Эмбамунайгаз"). Наделив самого себя правом представлять интересы трудовых коллективов нефтяников, господин Бокаев вводит общественность в заблуждение и наносит ущерб репутации нашей компании. На самом деле М. Бокаев даже не является работником данного предприятия.

Во-вторых, письмо-обращение небольшой группы нефтяников, подписанное тремя лицами, на которое в своих громких заявлениях ссылается М. Бокаев, по поручению руководства АО "РД "КазМунайГаз" было рассмотрено директором ПФ "Эмбамунайгаз" Изтурганом Баймухановым, после чего авторам обращения был направлен ответ следующего содержания. Вопросы, поднятые в обращении, касающиеся совершенствования системы оплаты труда, постоянно находятся в поле зрения руководства АО "РД КМГ". В частности, вопросами сохранения коэффициента в размере 70% и введения межотраслевого коэффициента 1,8 менеджмент компании начал заниматься задолго до этого обращения, и в настоящее время решение этих вопросов находится на завершающей стадии.

Вместе с тем авторам обращения было указано, что они не имеют полномочий подписывать обращения от имени трудового коллектива ПФ "Эмбамунайгаз". В соответствии с законодательством законным представителем коллектива ПФ "Эмбамунайгаз" является профсоюзный комитет предприятия, поэтому все вопросы, касающиеся заработной платы, будут решаться с профсоюзным комитетом ПФ "Эмбамунайгаз", который возглавляет Нсанбаев М.

Новую систему оплаты труда поддержало свыше 80% работников ПФ "Эмбамунайгаз" и этот показатель продолжает расти. Да и как можно говорить о забастовке, если все изменения касаются увеличения заработной платы работников, причем значительно, так как предусматривают сохранение так называемого территориального коэффициента в размере 70% и введение межотраслевого коэффициента 1,8.

Очевидно, что находятся и те, кто пытается выдать подобные улучшения условий оплаты труда за свои заслуги, в то время когда эти вопросы давно изучаются и решаются работодателем совместно с законно избранными профсоюзами!

В связи с этим руководство предприятия требует от М. Бокаева и немногочисленных авторов обращения прекратить свои действия, которые идут вразрез с позицией трудового коллектива, о чем подробно изложено в направленном руководству компании коллективном обращении работников ПФ "Эмбамунайгаз" и опубликованном в Атырауской еженедельной газете "Ак Жайык" от 27 мая текущего года», — говорилось в сообщении.
«1 июня информационное агентство Kazakhstan Today опубликовало сообщение со ссылкой на некоего Макса Бокаева, заявившего, что якобы нефтедобывающие подразделения производственного филиала "Эмбамунайгаз" АО "Разведка Добыча "КазМунайГаз" (РД КМГ) намерены объявить забастовку в случае внедрения новой системы оплаты труда. В связи с этим считаем необходимым сообщить вам следующее.

Во-первых, М. Бокаев не уполномочен говорить от имени трудового коллектива производственного филиала "Эмбамунайгаз" (ПФ "Эмбамунайгаз"). Наделив самого себя правом представлять интересы трудовых коллективов нефтяников, господин Бокаев вводит общественность в заблуждение и наносит ущерб репутации нашей компании. На самом деле М. Бокаев даже не является работником данного предприятия.

Во-вторых, письмо-обращение небольшой группы нефтяников, подписанное тремя лицами, на которое в своих громких заявлениях ссылается М. Бокаев, по поручению руководства АО "РД "КазМунайГаз" было рассмотрено директором ПФ "Эмбамунайгаз" Изтурганом Баймухановым, после чего авторам обращения был направлен ответ следующего содержания. Вопросы, поднятые в обращении, касающиеся совершенствования системы оплаты труда, постоянно находятся в поле зрения руководства АО "РД КМГ". В частности, вопросами сохранения коэффициента в размере 70% и введения межотраслевого коэффициента 1,8 менеджмент компании начал заниматься задолго до этого обращения, и в настоящее время решение этих вопросов находится на завершающей стадии.

Вместе с тем авторам обращения было указано, что они не имеют полномочий подписывать обращения от имени трудового коллектива ПФ "Эмбамунайгаз". В соответствии с законодательством законным представителем коллектива ПФ "Эмбамунайгаз" является профсоюзный комитет предприятия, поэтому все вопросы, касающиеся заработной платы, будут решаться с профсоюзным комитетом ПФ "Эмбамунайгаз", который возглавляет Нсанбаев М.

Новую систему оплаты труда поддержало свыше 80% работников ПФ "Эмбамунайгаз" и этот показатель продолжает расти. Да и как можно говорить о забастовке, если все изменения касаются увеличения заработной платы работников, причем значительно, так как предусматривают сохранение так называемого территориального коэффициента в размере 70% и введение межотраслевого коэффициента 1,8.

Очевидно, что находятся и те, кто пытается выдать подобные улучшения условий оплаты труда за свои заслуги, в то время когда эти вопросы давно изучаются и решаются работодателем совместно с законно избранными профсоюзами!

В связи с этим руководство предприятия требует от М. Бокаева и немногочисленных авторов обращения прекратить свои действия, которые идут вразрез с позицией трудового коллектива, о чем подробно изложено в направленном руководству компании коллективном обращении работников ПФ "Эмбамунайгаз" и опубликованном в Атырауской еженедельной газете "Ак Жайык" от 27 мая текущего года», — говорилось в сообщении.
В июле 2013 года ОО «Қадiр-Қасиет» при поддержке Королевства Нидерландов проводило мониторинг вебсайтов по вопросу размещения информации о безопасности правозащитников, активистов Казахстана. По итогам мониторинга на своем ресурсе ОО разместило информацию следующего содержания:
«03.07.2013 известный правозащитник Макс Бокаев находится в департаменте финполиции Атырауской области. Туда он был вызван в качестве свидетеля по уголовному делу против Аблязова, Жаримбетова и других, но, вполне возможно, статус правозащитника может быть переквалифицирован в подозреваемого или обвиняемого.

Вчера вечером Макс Бокаев получил повестку о явке в финполицию для дачи показаний по уголовному делу, возбужденному по отмыванию денег "Аблязовым и Ко". Как законопослушный гражданин, Бокаев незамедлительно прибыл в финпол, где ему посоветовали найти адвоката.

– Мне дали время до 18 часов, чтобы я нашел юридического представителя, а если не найду, сказали, что предоставят адвоката за государственный счет, – пояснил вчера вечером М. Бокаев.

За один час найти адвоката не представлялось возможным, но правозащитник все же прибыл в департамент "антикоррупционеров" в назначенное время.

– Меня там "промариноварили" больше часа, но государственный защитник так и не явился, – добавил Бокаев. – Тогда мне сказали, чтобы я вернулся сюда на следующий день к 9 часам утра».
«03.07.2013 известный правозащитник Макс Бокаев находится в департаменте финполиции Атырауской области. Туда он был вызван в качестве свидетеля по уголовному делу против Аблязова, Жаримбетова и других, но, вполне возможно, статус правозащитника может быть переквалифицирован в подозреваемого или обвиняемого.

Вчера вечером Макс Бокаев получил повестку о явке в финполицию для дачи показаний по уголовному делу, возбужденному по отмыванию денег "Аблязовым и Ко". Как законопослушный гражданин, Бокаев незамедлительно прибыл в финпол, где ему посоветовали найти адвоката.

– Мне дали время до 18 часов, чтобы я нашел юридического представителя, а если не найду, сказали, что предоставят адвоката за государственный счет, – пояснил вчера вечером М. Бокаев.

За один час найти адвоката не представлялось возможным, но правозащитник все же прибыл в департамент "антикоррупционеров" в назначенное время.

– Меня там "промариноварили" больше часа, но государственный защитник так и не явился, – добавил Бокаев. – Тогда мне сказали, чтобы я вернулся сюда на следующий день к 9 часам утра».

Убеждения за деньги

Убеждения за деньги

В сентябре 2015 года в СМИ вышло интервью с Максом Бокаевым. Поводом послужил митинг против строительства завода по переработке ядовитых отходов, который Бокаев с единомышленниками планировал провести в Атырау 20 сентября. Митинг был согласован с городским акиматом. Однако в его повестке, кроме прочего, значились и вопросы повышения тарифов ЖКХ, и создание инструмента общественного контроля.

Известно, что ранее, весной того же года, впервые в истории Атырауской области власти дали разрешение на митинг. Это была акция в поддержку Арона Атабека. Бокаев в интервью рассказывал об этом так:
«Хотя Атабек никогда не позиционировал себя политиком, он поэт. В свое время в Алматы в 2006 году сносили дома, якобы незаконно построенные. Он поехал в пригород Алматы, где хотели сносить, и там погиб один полицейский. Непонятно, кто убил, убийцу так и не нашли, но Арону Атабеку дали 18 лет, 10 из них он уже отсидел. И вот он сидит, крепкий мужик оказался, не признает своей вины, хотя уже болеет».
«Хотя Атабек никогда не позиционировал себя политиком, он поэт. В свое время в Алматы в 2006 году сносили дома, якобы незаконно построенные. Он поехал в пригород Алматы, где хотели сносить, и там погиб один полицейский. Непонятно, кто убил, убийцу так и не нашли, но Арону Атабеку дали 18 лет, 10 из них он уже отсидел. И вот он сидит, крепкий мужик оказался, не признает своей вины, хотя уже болеет».
В конце 2015 года в Земельный кодекс Казахстана были внесены поправки, разрешающие долгосрочную аренду сельскохозяйственных земель. Их могли арендовать на 25 лет граждане страны, а также иностранцы и компании с иностранным участием.

В социальных сетях разгорелось обсуждение: многие казахстанцы были против того, чтобы земли арендовали иностранцы, в частности граждане Китая. Противники новых правил аренды считали, что так Казахстан потеряет контроль над землей.

В апреле 2016 года начались так называемые «земельные митинги». Акции протеста прошли в Атырау, Актобе и Семее. По разным оценкам, на них собиралось до двух тысяч человек. Противники изменений Земельного кодекса анонсировали общенациональные митинги и демонстрации 21 мая. Накануне митингов более 20 человек были задержаны, в том числе гражданские активисты Макс Бокаев и Талгат Аян.

Бокаев и Аян в своих заявлениях и массовых рассылках через популярные мессенджеры ложно интерпретировали изменения в земельное законодательство. Особый акцент организаторы митингов делали именно на передаче правительством одного миллиона гектаров сельскохозяйственных земель в аренду Китаю и утверждали, что земли уже распродаются.
«Пришла пора собраться и потребовать отменить эти изменения в земельном кодексе! Иначе будет поздно, потеряем землю и станем рабами, а вам и вашим детям придется учить китайский язык! Не время отсиживаться дома!», — писали Бокаев и Аян в своих сообщениях.
«Пришла пора собраться и потребовать отменить эти изменения в земельном кодексе! Иначе будет поздно, потеряем землю и станем рабами, а вам и вашим детям придется учить китайский язык! Не время отсиживаться дома!», — писали Бокаев и Аян в своих сообщениях.
Часть населения, поверив Бокаеву и Аяну, вышла на площадь им. Исатая и Махамбета в Атырау с требованиями отменить поправки в Земельный кодекс.

Во время судебных слушаний руководитель аппарата акима Полымбет Хасанов рассказал, что при обращении активистов, планировавших митинги по земельному вопросу, Бокаеву и Аяну было предложено провести их на законных основаниях.
«За 10 дней в акимат поступило заявление о проведении митинга, который был запланирован на 24 апреля. В акимат был приглашен Талгат Аянов. Ему сообщили, что проводить митинги на площади Исатая и Махамбета нельзя, так как данное место не предназначено для таких акций. Были озвучены другие места для проведения акции. Также Аянов знал, что за организацию незаконных митингов предусмотрена административная и уголовная ответственность», — рассказал руководитель аппарата акима.
«За 10 дней в акимат поступило заявление о проведении митинга, который был запланирован на 24 апреля. В акимат был приглашен Талгат Аянов. Ему сообщили, что проводить митинги на площади Исатая и Махамбета нельзя, так как данное место не предназначено для таких акций. Были озвучены другие места для проведения акции. Также Аянов знал, что за организацию незаконных митингов предусмотрена административная и уголовная ответственность», — рассказал руководитель аппарата акима.
Также на суде выступил экс-аким города Атырау Нурлыбек Ожаев. Он сообщил, что до проведения незаконных митингов лично встречался с организаторами.
«Вопросы, которые использовали митингующие при встрече, были заранее подготовлены. Я понял, что вопросы составлялись юристами. Однако при личной беседе с присутствующими они не смогли самостоятельно объяснить нормы, абсолютно не разбирались в законодательстве и принимаемых поправках», — заявил экс-аким.
«Вопросы, которые использовали митингующие при встрече, были заранее подготовлены. Я понял, что вопросы составлялись юристами. Однако при личной беседе с присутствующими они не смогли самостоятельно объяснить нормы, абсолютно не разбирались в законодательстве и принимаемых поправках», — заявил экс-аким.
Кроме того, на суде были допрошены два свидетеля — Нургали Досанбаев и Олжас Бекбауов. По версии следствия, они передали деньги шымкентского бизнесмена Тохтара Тулешова «атырауским активистам» для организации акций протеста.
Справка: Тохтар Тулешов в ноябре 2016 года был приговорен к 21 году лишения свободы. Суд признал виновным Тулешова по ряду статей: 262 ч. 3 (создание и руководство организованной группой, преступной организацией, а равно участие в них с использованием своего служебного положения), 268 ч. 3 (создание устойчивой вооруженной группы (банды), а равно руководство такой группой с использованием своего служебного положения), 24 ч. 3 , 28 ч. 3, 96 ч. 2 пункт «з» УК РК редакции 1997 г. (организация совершения убийства, сопряженное с бандитизмом), 28 ч. 3, 125 ч. 3 п. 1 (организация похищения человека, совершенное преступной группой с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия), 28 ч. 3, 126 ч. 3 п. 1 (организация совершения незаконного лишения свободы, не связанное с его похищением, с применением насилия, в отношении 2-х лиц, совершенное группой лиц), 28 ч. 3, 107 ч. 2 п. «а», «б», «в» УК РК редакции 1997 г. (причинение физических или психических страданий путем систематического нанесения побоев, совершенное в отношение похищенных лиц), 28 ч. 3, 187 ч. 2. п. «а» УК РК редакции 1997 г. (организация умышленного уничтожения или повреждения чужого имущества, совершенное путем поджога, причинивший значительный ущерб), 265 ч. 2 (создание и руководство транснациональным преступным сообществом, а равно участие в нем), 266 ч. 3 (финансирование деятельности преступной группы, а равно хранение, распределение имущества, разработка каналов финансирования), 179 ч. 3 (пропаганда или публичные призывы к захвату или удержанию власти, а равно захват или удержание власти либо насильственное изменение конституционного строя РК), 182 ч. 3 (создание, руководство экстремистской группой или участие в ее деятельности), 367 ч. 2 (дача взятки), 296 ч. 2 (незаконное приобретение, хранение наркотических средств без цели сбыта), 287 ч. 1 УК РК (незаконное ношение холодного оружия).
По словам Досанбаева, Тулешов «начал очень сильно интересоваться вопросом внесения изменения в земельное законодательство». Он даже дал указание своему помощнику собирать материалы и публикации по этому поводу.
«Он прорабатывал вопрос для раскачки ситуации, после чего он бы смог продемонстрировать свой авторитет», — рассказал Досанбаев.
«Он прорабатывал вопрос для раскачки ситуации, после чего он бы смог продемонстрировать свой авторитет», — рассказал Досанбаев.
Из показаний свидетеля следовало, что Тулешов восхищался событиями на Украине и в Кыргызстане, выражался, «что казахи тоже могут сменить власть».
«Тулешов мне дал документы и сказал, чтобы я у Волкова (кассир Тулешова – прим.) получил деньги – $150 000. Документы были в желтом конверте DHL формата А4. Он сказал, чтобы я $50 000 оставить у себя на непредвиденные расходы, остальные деньги необходимо передать в город Атырау для Талгата Аянова», — сказал Досанбаев.
«Тулешов мне дал документы и сказал, чтобы я у Волкова (кассир Тулешова – прим.) получил деньги – $150 000. Документы были в желтом конверте DHL формата А4. Он сказал, чтобы я $50 000 оставить у себя на непредвиденные расходы, остальные деньги необходимо передать в город Атырау для Талгата Аянова», — сказал Досанбаев.
По его словам, пакет с деньгами и документами решено было передать через подчиненного — Олжаса Бекбауова. Бекбауов подтвердил, что действительно встречался с Аяновым. Свидетель был готов опознать Аянова в зале суда, однако тот ранее отказался от участия в процессе, и покинул зал судебного заседания.

По словам свидетеля, в конце 2015 года Бекбауов собрался поехать в Актау, однако руководство от имени Тохтара Тулешова попросило завезти в Атырау некий пакет с документами и передать его парню по имени Талгат. Речь шла о Талгате Аянове. В своих показаниях Бекбауов уточнил, что с содержимым пакета не был знаком, а для связи с Талгатом Аяновым ему был выдан новый телефон и номер, который использовался исключительно для связи с Аяновым.
«По прибытию в Актау я сообщил Талгату Аянову, что везу для него пакет. Талгат сказал, что в курсе, и будет ждать меня в Атырау», — сказал Бекбауов.
«По прибытию в Актау я сообщил Талгату Аянову, что везу для него пакет. Талгат сказал, что в курсе, и будет ждать меня в Атырау», — сказал Бекбауов.
В Атырау Бекбауов и Аянов встретились возле кафе «Орда», где последний и получил пакет от Тохтара Тулешова.

28 ноября 2016 года Макса Бокаева и Талгата Аяна суд приговорил к реальным срокам лишения свободы. Осужденные были признаны виновными в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 174 «Возбуждение социальной и национальной розни группой лиц по предварительному сговору», п. 2 ч. 4 ст. 274 «Распространение по предварительному сговору группой лиц заведомо ложной информации при проведении публичных мероприятий», ст. 400 УК «Нарушение порядка организации и проведения митингов».

Приговором суда Бокаев и Аян были осуждены по ч. 2 ст. 174 УК на 5 лет лишения свободы с лишением права заниматься общественной деятельностью сроком на 3 года; по п. 2 ч. 4 ст. 274 УК — к 5 годам лишения свободы, по ст. 400 УК — к штрафу в размере 250 МРП, что эквивалентно 530 тысячам 250 тг.
«Путем поглощения менее строгого наказания более строгим окончательно к отбытию подсудимым определено по пять лет лишения свободы с лишением права заниматься общественной деятельностью сроком на три года каждому. Местом отбывания наказания определена колония общего режима», — говорилось в сообщении суда.
«Путем поглощения менее строгого наказания более строгим окончательно к отбытию подсудимым определено по пять лет лишения свободы с лишением права заниматься общественной деятельностью сроком на три года каждому. Местом отбывания наказания определена колония общего режима», — говорилось в сообщении суда.
Через три дня после вынесения приговора с обращением выступил Фонд «Сорос-Казахстан»:
«Фонд Сорос-Казахстан призывает прекратить уголовное преследование правозащитника Макса Бокаева и активиста Талгата Аяна и отменить вынесенный приговор. Мы также призываем Правительство РК приступить к реализации рекомендаций, сделанных нашей стране в ходе представления второго Универсального периодического обзора в Совете ООН по правам человека, в том числе рекомендацию 50 пункт "с": уточнить расплывчатое и широкое определение ключевых терминов, включая преступление, связанное с возбуждением "социальной, национальной, родовой, сословной или религиозной розни"».
«Фонд Сорос-Казахстан призывает прекратить уголовное преследование правозащитника Макса Бокаева и активиста Талгата Аяна и отменить вынесенный приговор. Мы также призываем Правительство РК приступить к реализации рекомендаций, сделанных нашей стране в ходе представления второго Универсального периодического обзора в Совете ООН по правам человека, в том числе рекомендацию 50 пункт "с": уточнить расплывчатое и широкое определение ключевых терминов, включая преступление, связанное с возбуждением "социальной, национальной, родовой, сословной или религиозной розни"».
В июле 2019 года Атырауский городской суд №2 досрочно освободил от полного отбытия наказания Талгата Аяна.
«Ты обязан каждую неделю отмечаться в органах пробации, тебя в вечернее время могут проверить по месту жительства сотрудники полиции, и поэтому ты с наступлением темноты бежишь домой как Золушка, ты не имеешь права посещать увеселительные мероприятия, такие как свадьбы и так далее. На любое перемещение внутри страны ты должен получить разрешение, у тебя заблокирован ИИН, так как твое имя в списке лиц, связанных с финансированием террористов, в конце концов, это просто пятно, с которым ни одна организация не возьмет тебя на работу», — написал Талгат Аян на своей странице в Фейсбук.
«Ты обязан каждую неделю отмечаться в органах пробации, тебя в вечернее время могут проверить по месту жительства сотрудники полиции, и поэтому ты с наступлением темноты бежишь домой как Золушка, ты не имеешь права посещать увеселительные мероприятия, такие как свадьбы и так далее. На любое перемещение внутри страны ты должен получить разрешение, у тебя заблокирован ИИН, так как твое имя в списке лиц, связанных с финансированием террористов, в конце концов, это просто пятно, с которым ни одна организация не возьмет тебя на работу», — написал Талгат Аян на своей странице в Фейсбук.
Талгат Аян отметил, что был удивлен решением судьи, который удовлетворил ходатайство о досрочном освобождении.

Главный по палаточным лагерям

Главный по палаточным лагерям

4 февраля 2021 года Макс Бокаев вышел на свободу после отбытия всего срока наказания. Он поблагодарил за поддержку «народ и международные организации» и пообещал продолжить заниматься «общественной работой».
Вместе со встречавшими его людьми Бокаев первым делом направился на площадь Исатая и Махамбета, где в 2016 году проходил незаконный митинг. На площади Макс Бокаев заявил, что Казахстану, по его мнению, нужна новая Конституция и выступил с предложением собираться на общенациональные митинги по воскресеньям, с 28 февраля по 28 марта, с требованием проведения реформ и принятия нового Основного закона.
«Если правительство не образумится, не прислушается к нам, то с 3 апреля мы будем устанавливать палаточные лагеря на площадях», — пообещал Бокаев.
«Если правительство не образумится, не прислушается к нам, то с 3 апреля мы будем устанавливать палаточные лагеря на площадях», — пообещал Бокаев.
Известно, что судья Даулешова вынесла дополнительное постановление по представлению департамента уголовно-исполнительной системы Атырауской области, уточняющее предусмотренное основным приговором ограничение на занятие общественной деятельностью сроком на 3 года.

По словам Бокаева, предположительно, речь идет о попытке запретить ему пользоваться социальными сетями. В конце января суд № 2 города Атырау удовлетворил представление о назначении Максу Бокаеву административного надзора в течение трех лет.

26 февраля 2021 года Макса Бокаева вызвали в прокуратуру Атырау и вручили документ с «разъяснением закона». В прокуратуре Бокаеву заявили, что его посадят под арест, если он будет выходить на «несогласованные» митинги.

28 февраля около десятка человек во главе с Максом Бокаевым собрались на площади Исатая и Махамбета, выдвигая свои требования властям. С собравшимися пытались общаться сотрудники акимата. Лишь после того, как сотрудники полиции начали создавать оцепление, толпа разошлась. Как комментировал события Бокаев, после того как на площадь вышел спецназ и попытался взять активистов в кольцо, применяя тактику «кеттлинга», он попросил людей разойтись и вернуться домой.

7 марта на площади Исатая и Махамбета вновь собралось около 30 человек во главе с Максом Бокаевым. Зампрокурора области Бауыржан Жумаханов и руководитель областного управления внутренней политики Канат Азмуханов по очереди призывали собравшихся покинуть площадь, поскольку митинг не был согласован с горакиматом, и предупреждали об административной ответственности.

После того, как Бокаев вместе со сподвижниками покинул площадь, он дал свои комментарии местной прессе:
«Нам нужна новая конституция. Для этого нужно провести курултай. Для организации курултая нужно национальное согласие (ұлттық ымыра). Если эти три шага сделаем, то на 90% решим земельные вопросы».
«Нам нужна новая конституция. Для этого нужно провести курултай. Для организации курултая нужно национальное согласие (ұлттық ымыра). Если эти три шага сделаем, то на 90% решим земельные вопросы».
Также Бокаев пообещал прийти на площадь снова 14 марта.
Макс Бокаев