Кто в Казахстане пытается влиять на сознание масс? Оппозиционеры-тяжеловесы, молодые гражданские активисты, лидеры общественного мнения, СМИ. Вера многих из них в собственную правду подкреплена или жаждой славы, или финансовыми обязательствами.

Особенность казахстанской оппозиции заключается в том, что путь в нее, как правило, начинается с двух отправных точек. Это либо попытка прикрыть свои криминальные дела, либо «повышение» по службе у грантодателя.

Так называемые ЛОМы стали уже именем нарицательным. Беззастенчиво скармливая публике проплаченную информацию, они даже не заметили, как превратились в образчик самой пошлой ангажированности.

Самые интересные факты — здесь, в полной энциклопедии главных активистов Казахстана.

Светлана Спатарь

Общая информация

Общая информация

Член ОФ «ВелоАлматы», менеджер проектов ЭО «Зеленое спасение».

На деньги международных институтов

На деньги международных институтов

Если посмотреть на деятельность Светланы Спатарь, можно четко увидеть, как Фонд Сороса основательно и масштабно создал в Казахстане свою собственную экосистему.

Например, в друзьях общественного фонда «ВелоАлматы» числятся, помимо прочих, рабочая группа AUA, ОФ «Common Sense» и ОФ «Молодежная информационная служба Казахстана» (МИСК). Все эти три организации являлись или являются до сих пор грантополучателями Фонда «Сорос-Казахстан». Причем первые две тоже связаны с экологическим проектом, а их лицом была Асия Тулесова.

В инициативную группу «ВелоАлматы» входили приглашенный редактор эко-СМИ, издававшегося с 2000 года при финансовой поддержке ФСК, Алия Тонкобаева, «специалист международной организации» Софья Таирова и частый участник соросовских выставок архитектор Зоя Фалькова.

23 октября 2000 года Казахстан ратифицировал Орхусскую конвенцию, целью которой является поддержка защиты прав человека на благоприятную окружающую среду для его здоровья и благосостояния. Документ «обеспечивает участие общественности в процессе принятия решений и дает доступ к правосудию по вопросам, касающимся окружающей среды».

И начиная с 2000 года ни одно сборище казахстанских экоактивистов, размахивающих Орхусской конвенцией, не обходилось без поддержки Фонда «Сорос-Казахстан».

Именно на эту конвенцию не уставали ссылаться во время боев вокруг урочища «Кок-Жайлау» его защитники: Ажар Джандосова, Вадим Борейко, Жанна Спунер и прочие получатели грантов ФСК. В том числе, и Светлана Спатарь.
На сайте экологического общества «Зеленое спасение», менеджером проектов которого является Спатарь, спонсорами указаны:

  • Национальный Фонд Поддержки Демократии, США.
  • The Sigrid Rausing Trust, United Kingdom.
  • Open Society Foundations.
  • Корпоративный фонд «Благотворительный Фонд Сорос-Казахстан».
  • CEE Bankwatch Network.
  • Гуманистический институт по сотрудничеству в целях развития, Нидерланды (HIVOS).
  • Фонд Глобал Грингрантс, США.
  • Британское Посольство в Алматы.
  • Программа Развития ООН, Программа Малых Грантов Глобального Экологического Фонда.

В партнерах числятся, помимо многочисленных украинских экосообществ, аналогичные организации из Кыргызстана и Молдовы. А также: Гуманистический институт по сотрудничеству в целях развития HIVOS (Нидерланды), Институт Открытого общества, г. Нью-Йорк, США, CEE Bankwatch Network — сеть неправительственных организаций стран Восточной и Центральной Европы и СНГ, Crude Accountability, г. Александрия, США.
Национальный фонд поддержки демократии (National Endowment for Democracy – NED) — американская некоммерческая организация. Учреждена конгрессом США в 1983 году. Предоставляет гранты на исследования в области развития демократии и прав человека в зарубежных странах. NED был основан как проект Уильяма Кейси, который был директором ЦРУ при президенте Рейгане. Один из разработчиков концепции NED Аллен Вайнштейн в 1991 году заявлял: «Многое из того, что мы делаем сегодня, 25 лет назад делало ЦРУ». Деятельность фонда финансируется из государственного бюджета через Агентство международного развития США, небольшая часть средств поступает от частных организаций. Ежегодно фонд предоставляет более 1000 грантов на поддержку проектов неправительственных организаций, работающих в более чем 90 странах. В 2014 и 2015 годах фонд получил от Агентства международного развития $270 млн. Фонд финансировал оппозиционные движения «Солидарность» в Польше, «Хартия 77» в Чехословакии и «Отпор» в Сербии.

Институт Открытого Общества (OSI) и Фонд «Институт Открытого Общества» (FOSI) являются независимыми организациями в составе Фондов Открытого Общества, предоставляющими гранты Фонду «Сорос-Казахстан» и его партнерам в Казахстане.

ХИВОС — это это международная организация сотрудничества с глобальным офисом в Гааге, Нидерланды. Оказывает поддержку организациям гражданского общества, работающим в Африке, Латинской Америке, на Ближнем Востоке и в Азии.

CEE Bankwatch Network объединяет неправительственные организации из различных стран Центральной и Восточной Европы и ведет мониторинг деятельности международных финансовых организаций (МФО), которые работают в этих регионах, и разрабатывают «рациональные с экологической, социальной и экономической точки зрения альтернативы по их нормативной документации и проектам».

Crude Accountability — некоммерческая экологическая и правозащитная организация, которая работает с активистами и общественными группами в регионах Каспийского и Черного морей, которые борются с угрозами природным ресурсам и негативными последствиями этих угроз для здоровья.
Ряд организаций, с которыми дружит или через которые финансируется ЭО «Зеленое спасение» вызывают, как минимум, недоумение. Кроме того, ничего неизвестно о деятельности ЭО в регионах Каспийского и Черного морей.

Конструктива не будет

Конструктива не будет

Однако известно, что экологическое общество «Зеленое спасение» было создано в 1990 году и зарегистрировано как алматинская городская общественная организация. На сайте организации говорится, что целью общества является «защита прав человека на здоровую и плодотворную жизнь в гармонии с природой и содействие улучшению социально-экологической ситуации в Республике Казахстан».

Организация принимала участие в официальном обсуждении закона «Об охране окружающей природной среды в Казахской ССР» (1991) и законов Республики Казахстан «Об охране окружающей среды» (1997), «Об экологической экспертизе» (1997), «Об особо охраняемых природных территориях» (1997 и 2006), «О земле» (2001), «О туристской деятельности в РК» (2001), Земельного кодекса (2003), Экологического кодекса (2007 и 2020) и других. В 2002 году по просьбе Комитета по вопросам экологии и природопользования нижней палаты парламента организация провела общественную экологическую экспертизу проекта Лесного кодекса (2003). В 2016 году организация принимала участие в обсуждении поправок к закону «Об особо охраняемых природных территориях».

С 1995 года организация издает Вестник «Зеленое спасение», с 2000 года выходит приложение на английском языке «Green Salvation» Herald. Тематические выпуски посвящены природоохранному законодательству и защите прав человека, экологическому образованию, развитию национальных парков и другим социально-экологическим вопросам. Для студентов разрабатываются спецкурсы и публикуются учебные пособия. Более 50 печатных изданий на русском, казахском и английском языках выпущено к настоящему времени.

Также, согласно информации на сайте, ЭО «осуществляет защиту прав граждан досудебными и судебными методами, добиваясь соблюдения национального законодательства и международных договоров».
«В 2004, 2007, 2013 и 2018 годах «Зеленое спасение» вынуждено было обращаться в Комитет по вопросам соблюдения Орхусской конвенции. В трех случаях Комитет признал несоблюдение ряда положений Конвенции в Республике Казахстан и нарушение прав граждан на участие в процессе принятия решений и на доступ к правосудию по вопросам, касающимся окружающей среды. Кроме того, организация готовит замечания на отчеты Республики Казахстан по выполнению решений совещаний сторон Орхусской конвенции», — говорится на сайте объединения.
«В 2004, 2007, 2013 и 2018 годах «Зеленое спасение» вынуждено было обращаться в Комитет по вопросам соблюдения Орхусской конвенции. В трех случаях Комитет признал несоблюдение ряда положений Конвенции в Республике Казахстан и нарушение прав граждан на участие в процессе принятия решений и на доступ к правосудию по вопросам, касающимся окружающей среды. Кроме того, организация готовит замечания на отчеты Республики Казахстан по выполнению решений совещаний сторон Орхусской конвенции», — говорится на сайте объединения.
Организация принимала участие в международных кампаниях International Right To Know («Международное право знать»), Publish What You Pay («Обнародуйте свои расходы») и Caspian Revenue Watch («Каспийские нефтяные доходы»).

С 2011 года «Зеленое спасение» поддерживало и активно участвовало в общественной кампании «Защитим Кок-Жайлау!», направленной против строительства горнолыжного курорта на территории Иле-Алатауского национального парка. В 2019 строительство было полностью остановлено и запрещено президентом.

Надо сказать, что действия защитников Кок-Жайлау носили вовсе не конструктивный характер. Вместо диалога с властями они использовали методы нападок и агрессивного противостояния.

Во главе движения стояли исключительно грантополучатели Фонда Сороса, использовавшие имеющиеся в их распоряжении информационные ресурсы для достижения своей цели. А она даже не предполагала строительства курорта с соблюдением норм той же Орхусской конвенции. Задача была уничтожить саму идею развития международного туризма благодаря его появлению.

В 2014 году в одном из интервью пресс-секретарь горнолыжного курорта Бекжан Идрисов признавался, что ему было «больно видеть, как люди, которых давно знаешь и уважаешь, вдруг начали откровенно хамить, грубить, оскорблять».
«Большинству наших граждан катастрофически не хватает культуры общения и взаимоуважения. Понимаю, что для этого наблюдения вовсе не обязательно было становиться пресс-секретарем, но этот проект обнажил полярные точки зрения. И граждане на полюсах не просто не склонны к сотрудничеству. Они убить друг друга готовы.

Это, кстати, одна из причин, почему я принял предложение поучаствовать в этом проекте. Нам всем надо учиться слышать друг друга, учиться искать компромиссы, учиться уважать право соседа на свое мнение. И я уверен, что этот проект станет пусть маленькой, но ступенькой к взаимопониманию. К счастью, руководство горнолыжного курорта "Кок-Жайлау" это прекрасно понимает. И мы стараемся делать этот проект максимально открыто», — говорил Идрисов.
«Большинству наших граждан катастрофически не хватает культуры общения и взаимоуважения. Понимаю, что для этого наблюдения вовсе не обязательно было становиться пресс-секретарем, но этот проект обнажил полярные точки зрения. И граждане на полюсах не просто не склонны к сотрудничеству. Они убить друг друга готовы.

Это, кстати, одна из причин, почему я принял предложение поучаствовать в этом проекте. Нам всем надо учиться слышать друг друга, учиться искать компромиссы, учиться уважать право соседа на свое мнение. И я уверен, что этот проект станет пусть маленькой, но ступенькой к взаимопониманию. К счастью, руководство горнолыжного курорта "Кок-Жайлау" это прекрасно понимает. И мы стараемся делать этот проект максимально открыто», — говорил Идрисов.
Он отмечал, что «вопрос уже сползает в плоскость политическую — недоверие к власти», которая действует «исключительно в рамках законодательства».
«Давайте посмотрим на то, как можно убить любую идею, в том числе и ту, которая содержится в ТЭО курорта "Кок-Жайлау". Например, экономическая часть подверглась резкой критике. Один из оппонентов с праведным гневом на лице восклицает – а проект-то не окупается! Да, этот эксперт, сотрудник банка, к слову, по-своему прав.

Но он исходит из логики банкира, которому важно деньги продать и вернуть, желательно быстро. И он не принимает в расчет, что государство будет получать не только доход от самого проекта, но еще и налоги, еще и налоги в смежных сферах, а еще в этих смежных сферах люди тоже будут получать доход. Это мультипликативный эффект.

За 20 лет государство получит около 600 млн долл. в виде налогов, и еще 285 млн. долл. прибыли. То есть государство, вложив 450 млн за двадцать лет получает 885 млн, почти в два раза больше затрат на строительство. Я уж не говорю про рабочие места – около 5 тысяч новых рабочих мест.

Банковский сотрудник оперирует стандартными методиками оценки проектов, принятыми в банке. Более того, дай волю банкиру, он потребует возврата средств через год-два, что для инфраструктурных проектов неподъемные условия, да еще и под сами знаете какие проценты … и тогда никакому проекту в нашей стране вообще не быть», – говорил Идрисов в интервью.
«Давайте посмотрим на то, как можно убить любую идею, в том числе и ту, которая содержится в ТЭО курорта "Кок-Жайлау". Например, экономическая часть подверглась резкой критике. Один из оппонентов с праведным гневом на лице восклицает – а проект-то не окупается! Да, этот эксперт, сотрудник банка, к слову, по-своему прав.

Но он исходит из логики банкира, которому важно деньги продать и вернуть, желательно быстро. И он не принимает в расчет, что государство будет получать не только доход от самого проекта, но еще и налоги, еще и налоги в смежных сферах, а еще в этих смежных сферах люди тоже будут получать доход. Это мультипликативный эффект.

За 20 лет государство получит около 600 млн долл. в виде налогов, и еще 285 млн. долл. прибыли. То есть государство, вложив 450 млн за двадцать лет получает 885 млн, почти в два раза больше затрат на строительство. Я уж не говорю про рабочие места – около 5 тысяч новых рабочих мест.

Банковский сотрудник оперирует стандартными методиками оценки проектов, принятыми в банке. Более того, дай волю банкиру, он потребует возврата средств через год-два, что для инфраструктурных проектов неподъемные условия, да еще и под сами знаете какие проценты … и тогда никакому проекту в нашей стране вообще не быть», – говорил Идрисов в интервью.
Пресс-секретарь признал, что 99% читателей-слушателей-зрителей в эти дебри не полезут. Но тезис про убыточность и глупость государства запомнят.

Идрисов не отрицал, что строительство курорта «будет влиять на окружающую среду, этого не избежать». Именно поэтому законодательство содержит ряд мер и ограничений, чтобы снизить урон окружающей среде особенно в период строительства. «По представлению оппонентов проекта, природу мы загубим. Вопрос: а кто согласится отдыхать в таком месте? Где тут логика? Природа – это главный ресурс туризма в Алматы. И ее надо и сохранить, и развить. В этом цель курорта, любого», — заверял пресс-секретарь.
«"Зеленое спасение" заняло крайне радикальную позицию по отношению к курорту "Кок-Жайлау" – прекратите проект и все. Это ультиматум, иначе я это назвать не могу. И это тупиковая позиция. Там нет пространства для диалога и компромисса.

Но "Зеленое спасение" не единственные в стране люди, кто профессионально занимается вопросами экологии. Многие экологи, климатологи, биологи приходят к выводам, совершенно противоположным тем, что делают в "Зеленом спасении".

Но давайте зададимся вопросом: если все так плохо и незаконно, то почему же "Зеленое спасение" не подает в суд? Да, они там уже были, но поднимали вопрос уж слишком узкоспециализированный, который относится к вопросам процедурным.

Этот же вопрос мы адресуем и Мэлсу Хамзаевичу Елеусизову. Но факт – в суд они не идут. Более того, Мэлс Хамзаевич, в общем-то, не столько протестует против проекта "Кок-Жайлау", сколько таким способом пытается продвинуть свой проект "Озерный транзит". Это такой же курорт, только в другом месте, в этом же Нацпарке, плюс еще у него должна быть канатная дорога в Киргизию.

Понятно, что бюджет сразу два таких проекта не потянет. Возможно, что проект Елеусизова рано или поздно тоже будет реализован. Одного "Кок-Жайлау" для Алматы будет мало, это очевидно даже сейчас. Так что горы развивать нам придется. И самим развиваться, и учиться тоже», — заключил Бекжан Идрисов.
«"Зеленое спасение" заняло крайне радикальную позицию по отношению к курорту "Кок-Жайлау" – прекратите проект и все. Это ультиматум, иначе я это назвать не могу. И это тупиковая позиция. Там нет пространства для диалога и компромисса.

Но "Зеленое спасение" не единственные в стране люди, кто профессионально занимается вопросами экологии. Многие экологи, климатологи, биологи приходят к выводам, совершенно противоположным тем, что делают в "Зеленом спасении".

Но давайте зададимся вопросом: если все так плохо и незаконно, то почему же "Зеленое спасение" не подает в суд? Да, они там уже были, но поднимали вопрос уж слишком узкоспециализированный, который относится к вопросам процедурным.

Этот же вопрос мы адресуем и Мэлсу Хамзаевичу Елеусизову. Но факт – в суд они не идут. Более того, Мэлс Хамзаевич, в общем-то, не столько протестует против проекта "Кок-Жайлау", сколько таким способом пытается продвинуть свой проект "Озерный транзит". Это такой же курорт, только в другом месте, в этом же Нацпарке, плюс еще у него должна быть канатная дорога в Киргизию.

Понятно, что бюджет сразу два таких проекта не потянет. Возможно, что проект Елеусизова рано или поздно тоже будет реализован. Одного "Кок-Жайлау" для Алматы будет мало, это очевидно даже сейчас. Так что горы развивать нам придется. И самим развиваться, и учиться тоже», — заключил Бекжан Идрисов.
К слову, именно после того, как ЭО «Зеленое спасение» включилось в битву вокруг Кок-Жайлау, значительно возросли их налоговые отчисления. Например, в 2012 году они составляли всего 287 106 тг, в 2013 — 1 205 000 тг, а уже в 2016 — 4 695 000 тг.

И поработали экологи, действительно, на славу: в противовес проекту властей они предложили свой вариант — нулевой. То есть полную отмену строительства курорта. Что, собственно, впоследствии и произошло.

Экология или деньги?

Экология или деньги?

Впрочем, история с Кок-Жайлау — не единственная, когда соросовские экологи выходят на сцену громко, а результат остается непонятным.

В 1979 году в Западно-Казахстанской области недалеко от села Березовка было открыто Карачаганакское нефтегазоконденсатное месторождение. В 1997 году его получил в эксплуатацию международный консорциум «Карачаганак Петролеум Оперейтинг Б. В.» (КПО). С 2003 года жители Березовки стали жаловаться на экологическую ситуацию обращаться в КПО и госорганы с просьбой переселить их в другой район.

В ноябре 2014 года в местной школе во время урока более 20 учеников и учителей упали в обморок. В местную больницу доставили 19 детей и троих учителей. Врачи поставили диагноз — переутомление. Однако экоактивисты и жители села были уверены, что дело в аварийном выбросе крупных объемов сероводорода. Обмороки продолжались вплоть до июня 2015 года. Из 1600 жителей 90 потребовалась медицинская помощь.
«После этого жителей все же начали переселять. По словам Сергея Соляника из НКО Crude Accountability, оно началось только в 2015 году. Жителей переселили в соседний город Аксай и село Аралтау, 12-летная борьба жителей Березовки и активистов из Crude Accountability, "Жасыл дала", и "Зеленое спасение" закончилась. Все эти годы они подавали судебные иски, отправляли международные запросы, организовывали «круглые столы», добивались освещения в прессе.

Можно ли считать такой итог победой – вопрос спорный. С одной стороны жителей переселили в другое место и выделили компенсацию по утере имущества. С другой стороны, им не дали компенсацию за их многолетние мучения, ущерб здоровью и судебные тяжбы; своей вины консорциум так и не признал. С третьей стороны, если бы не активная позиция жителей и помощь экоактивистов из других регионов, возможно эти люди так бы до сих пор дышали ядовитыми испарениями Карачаганского месторождения», — писали дружественные «Зеленому спасению» СМИ.
«После этого жителей все же начали переселять. По словам Сергея Соляника из НКО Crude Accountability, оно началось только в 2015 году. Жителей переселили в соседний город Аксай и село Аралтау, 12-летная борьба жителей Березовки и активистов из Crude Accountability, "Жасыл дала", и "Зеленое спасение" закончилась. Все эти годы они подавали судебные иски, отправляли международные запросы, организовывали «круглые столы», добивались освещения в прессе.

Можно ли считать такой итог победой – вопрос спорный. С одной стороны жителей переселили в другое место и выделили компенсацию по утере имущества. С другой стороны, им не дали компенсацию за их многолетние мучения, ущерб здоровью и судебные тяжбы; своей вины консорциум так и не признал. С третьей стороны, если бы не активная позиция жителей и помощь экоактивистов из других регионов, возможно эти люди так бы до сих пор дышали ядовитыми испарениями Карачаганского месторождения», — писали дружественные «Зеленому спасению» СМИ.
Сложилась парадоксальная ситуация: экологи так и не выяснили и уж тем более не устранили причину плохого самочувствия сельчан, но помогли им переселиться из села в город, да еще и получить компенсации. Хоть и не в том объеме, как планировалось.

И местные власти пошли на это: сложно не согласиться с давлением экотеррористов, которые размахивают международной конвенцией и грозятся обратиться в ООН. Очевидно, что власти пошли не по самому легкому и дешевому для бюджета пути.

Так же красиво, как и «Зеленое спасение» хотела заявить о себе в 2015 году и Ася Тулесова. Ее ОФ «Common sencе» вместе с единомышленниками разработал мобильное приложение Almaty Urban Air (AUA), которое передавало данные о качестве воздуха с электронного датчика, установленного в центре Алматы. На этом можно поставить точку, потому что мощи Тулесовой на решение экопроблем не хватило: она переключилась на гражданский активизм — возможно, за это Сорос платит гораздо щедрее.

В деятельности соросовских «экологов» прослеживается одна очевидная вещь: так же, как и представители современного искусства, спонсируемые Фондом, они не стремятся действительно улучшить ситуацию, их главная задача — дискредитация властей, по отношению к которым они находятся в единственно приемлемом для себя положении — оппозиционном.

Читайте также

Читайте также

Светлана Спатарь